🐦 Марь — Тихая
Ночь, зима, смерть, мор, судьба и всё, что «суждено». Сестра Яруна, идёт за ним и гасит свечи. Дала людям смерть как дверь — за это её не любят, но чтут: без неё некуда было бы уйти.
Ворон замыкает круг, и о нём звездочёты говорят шёпотом: это птица Мари, и на небо его никто не вёл — он прилетел вслед за Тихой, когда она гасила свечи, и сел на последнее место, ближе всех к краю, где ночь. Ворон ходит по небу в Десябрь, месяц Мари, когда бьют первые заморозки, и созвездие его — одно крыло: второе, по поверью, за краем неба, в той стороне, куда уходят мёртвые.
Десябрь и Неделя Ворона — время Мари, и вороний месяц во всех трёх королевствах считают месяцем пророчеств и поминовения: в Тальмере в Десябрь не начинают тяжб, в Варденне не спускаются в новые штольни, в Эссарине не выходят в дальнее море. Чёрное перо, найденное в пути, — знак судьбы, но не беды: «Ворон предупреждает, а не карает». Кто родился в Десябрь, того повитухи не показывают соседям до первого снега.
Рождённые под Вороном — люди тяжёлой судьбы и, в чужих глазах, лёгкой смерти: их боятся и к ним идут, когда больше некуда. Из них выходят пророки, гадалки, палачи, вдовы-советницы и те редкие правители, которых помнят дольше их династий. Сила их — стоять там, где другие бегут; беда — что стоять приходится одному.
Пророчество и тайна, первые заморозки и последний путь, память о мёртвых, стойкость перед испытанием — всё, что «суждено».
Ворон кружит над первыми заморозками — знак пророчества и стойкости перед испытаниями.
Ночь, зима, смерть, мор, судьба и всё, что «суждено». Сестра Яруна, идёт за ним и гасит свечи. Дала людям смерть как дверь — за это её не любят, но чтут: без неё некуда было бы уйти.